Ночь Купалы - ночь живая,
Звёзды светят над рекой.
Ветер травы обнимает,
Шепчет сказку над водой.
Пахнут мята и ромашка,
Тихо светится костёр.
Вода хранит свои загадки,
Отражает неба взор.
Пусть вода очистит душу,
А огнь подарит свет.
Пусть надежда станет ярче,
Счастье будет много лет.
Солнце встретит край рассветом,
Роса ляжет на луга.
И наполнит сердце летом
Ночь Купалы навсегда.

Когда мой путь закончится земной,
Не надо плакать .
Не нужен мрамор, холодный и немой,
Пусть чинара раскинет ветки
Надо мной
Пусть ветви тянутся навстречу небесам.
Пусть дождь расскажет сказку за меня,
А ветер сохранит мой голос там.
Пусть корни медленно найдут мой след,
Пройдут сквозь землю, сквозь забытый прах.
Ведь ничего исчезнувшего нет -
Всё возвращается в зелёных снах.
Пусть подо мной проснётся муравей,
Пусть жук найдёт свой маленький приют.
И птицы среди ветвей
О том, что было, тихо пропоют.
Я был гостем у земли,
Смотрел на звёзды, слушал шум травы.
Теперь пускай мои дороги станут
Частицей вечной мудрой тишины.

Я не реву я просто стал тише,
Мой голос теряется в серой дали.
Я - последний тигр, слышишь?
Последний огонь моей древней крови.
Я ищу её след у старого ручья,
Где листья хранят наши тайные тропы.
Но ветер приносит мне только молчанье -
И холод ложится на вымершие склоны.
Где ОНА… моя дикая нежность,
Последний взгляд из золотых глаз.
Но кому теперь нужен мой зов среди ночи,
Если ответить уже некому в этот раз?
Она не будет ждать у границы леса,
Слушать пустую ночную тишь.
Сердце ещё помнит любовь и весну,
Но рядом не будет того, кого ждёшь.
Не будет маленьких следов на земле,
Не будет игр под утренним солнцем.
Не будет продолжения древней крови -
Лишь тень одного останется в прошлом.

Люди, скажите, зачем вы взяли
То, что природа хранила века?
Ведь исчезает не просто зверь
Исчезает часть вашего мира.
И когда последний тигриный рык
Растворится над мёртвой рекой,
Пусть кто-нибудь вспомнит однажды:
Он ушёл не побеждённый -
Он ушёл один...

P.S. Мы можем не допустить этого. Сегодня за жизнь хозяина тайги борется Центр "Амурский тигр“, и благодаря защите их численность постепенно восстанавливается.

О Музы, поведай мне песнь о скорбной нимфе лесной,
Что вышла из вод серебристых в рассветный час златой.
Она видела древние рощи -
жилища богов,
Где ветер шептал между ветвей языком вековых снов.
Но ныне пред нею не дубы поднимают венцы,
А стонут поверженные в прах зелёные сердца земли.
Там, где пели птицы под сводом небес голубым,
Лишь пепел лежит, и молчит ручей перед ним.
Она подняла к небу свои прозрачные руки:
- О боги Олимпа, услышьте безмолвные муки!
Кто дал смертным власть над дыханьем земли?
Кто научил их губить то, что предки берегли?
Я видела реки - как слёзы текли они к морю,
Я слышала стон зверей в предсмертном их горе.
Исчезли стада, что ходили по травам густым,
И лес стал воспоминанием, сном золотым.
О люди, сыны недолгой земной судьбы,
Зачем вы сжигаете храмы своей же земли?
Ведь почва под вами - праматерь и дом,
И вы лишь гости под вечным её небосклоном.
Когда-нибудь дети придут к опустевшим полям,
К холодным озёрам, забытым богами и нам.
Они спросят у ветра среди мёртвых равнин:
«Где песни деревьев? Где голос живых долин?»
И нимфа ответит сквозь слёзы дождя: Здесь был прекрасен мир до алчных людей.
Здесь боги дарили им солнце и моря,
Но люди не слышали плача моей земли.
Так плакала нимфа у древнего моря одна,
И эхом несла её песнь седая волна.
Не о прошлом она скорбела - о будущем грядущем,
О мире прекрасном, но ставшем безмолвным и пустым.

Не всё уходит вместе с тишиной,
Когда закрыта жизни книга.
Останется тепло, что было с нами,
И чья-то добрая и родная так улыбка.
Пусть годы заметут следы дорог,
И время всё меняет постепенно,
Но сердце близких сохранят навек,
Тот образ, что останется нетленным.
Не в камне память - не в холодном слове,
Не в датах, что записаны рукой.
Она живёт в заботе и любви,
В дыхании души родной.
И если вдруг погаснет чей-то свет,
Его тепло не станет пеплом -
В сердцах родных останется навек
Любви невидимый, но вечный слепок.

Он не построил городов,
Не написал великих книг,
Не оставил людям добрых слов,
Не подарил им светлый миг.
Но в ночь, когда уснул Эфес,
И мрамор звёздами блестел,
Он бросил вызов небесам
И храм великий загорел.
Он думал: "Пламя даст мне имя,
Меня запомнит целый свет".
Но слава, купленная дымом,
Оставит только горький след.
Прошли века, исчезли троны,
Ушли цари и их дела,
А имя, выжженное в скверне,
Несёт лишь память зла.
Ведь вечен тот, кто строит людям,
Кто свет оставил за собой.
А тот, кто ищет славы в пепле,
Останется лишь тенью злой.

Любовь - не только тихое дыханье,
Не только взгляд, где светится весна.
Она приходит как простое обещанье
Быть рядом, если рядом тишина.
Она в заботе, в добром слове утром,
В ладонях, что поддержат в трудный час.
Она не требует награды или чуда,
Она живёт внутри и греет нас.
Пусть говорят:"Лишь химия и чувства",
Пусть говорят: "Инстинкт природы в ней".
Но разве меньше в этом мира чуда,
Когда два сердца становятся родней?
Возможно, так устроила природа,
Чтоб мы друг друга в мире находили.
А человек добавил к этому свободу -
Мечтать, любить и оставлять следы.
Любовь - подарок жизни и движенье,
Свет среди дней, где ветер перемен.
Она соединяет разум и мгновенье,
И делает нас больше, чем мы есть.

Эх, не судьба…
Сквозь годы и туманы
Я нёс мечты, как свет в своей руке.
Но ветер дней развеивал обманы,
Оставив след на тихом берегу тоски.

Я верил - день придёт, и всё изменится,
Откроется дверь заветная вдали.
Но иногда судьба смеётся первой,
Когда мы строим замки из мечты.

И всё же сердце тихо не сдаётся,
Хранит тепло забытых светлых дней.
Пускай не всё, что хочется, даётся -
В дороге смысл порой важней огней.

А может, просто время
Ещё не прочертило свой узор.
Ведь даже в ночь, когда молчит всё небо,
В душе хранится маленький костёр.

Эх, не судьба…
Но, думаю, однажды
На перекрёстке поздних вечеров
Судьба вернёт потерянное счастье
Под тихий шёпот белых облаков.

Чем глубже копаюсь в собственной голове, тем сильнее подозреваю, что меня там... нет. В смысле, нет того самого маленького "я", которое сидит где-то в черепушке, дёргает за рычаги и важно говорит: "Так, сегодня думаем умные мысли". Если честно, похоже, никакого диспетчера там вообще не предусмотрено.

Есть мысли. Есть воспоминания. Есть эмоции, которые иногда врываются без стука. Есть внутренний голос, который болтает почти без остановки. Иногда он несёт что-то полезное, иногда вспоминает, как десять лет назад ты сказал какую-то глупость, и почему-то считает, что сейчас самое время снова об этом подумать.

Но вот самого владельца этого цирка найти не получается.

Самое странное начинается, когда пытаешься поймать мысль в момент её появления. Откуда она взялась? Кто её придумал? Почему сейчас? Обычно ответа нет. Мысль просто возникает. Следом появляется другая, потом третья, и уже через несколько секунд мозг уверенно делает вид, будто всё это было частью идеально продуманного плана.

Похоже, сознание немного мошенник. Оно сначала делает, а потом сочиняет красивую историю о том, почему именно так всё и должно было произойти. Причём рассказывает настолько убедительно, что ему трудно не поверить.

Если присмотреться ещё внимательнее, становится совсем интересно. Есть картинка перед глазами, но где тот, кто отдельно от картинки её рассматривает? Есть звук, но где отдельный слушатель? Есть мысль, но где мыслитель, существующий сам по себе? Каждый раз кажется, что вот сейчас найдёшь его, а находишь только очередную мысль, которая уже объясняет, почему ничего не нашлось.

И тут память приходит на помощь. Она аккуратно сшивает тысячи разных моментов в одну длинную историю и говорит: "Вот. Это всё ты". Язык делает ещё проще. Вместо длинного списка привычек, воспоминаний, страхов, надежд и опыта мы произносим одно короткое слово: "я". Очень удобно. Только удобство ещё не означает, что внутри действительно сидит какой-то неизменный персонаж.

Чем больше об этом думаю, тем ближе мне совсем другая идея. Я это не вещь. Я это процесс. Если совсем просто, я это пережитый опыт, который непрерывно меняется прямо сейчас.

Каждый разговор что-то переставляет внутри. Каждая ошибка меняет смысл старых ошибок. Каждая новая мысль немного переписывает прошлое. Даже воспоминания не лежат в голове как файлы на жёстком диске. Каждый раз, когда мы их вспоминаем, мы собираем их заново. Получается, прошлое тоже не стоит на месте.

Наверное, поэтому так трудно найти постоянного себя. Искать его всё равно что искать волну отдельно от воды. Волна существует, пока движется. Останови движение, и искать уже нечего.

И знаешь, меня эта мысль почему-то успокаивает. Если нет какого-то высеченного в камне "настоящего меня", значит, нет обязанности всю жизнь оставаться одним и тем же человеком. Можно ошибаться. Можно передумывать. Можно менять взгляды. Можно однажды проснуться и понять, что мир оказался гораздо интереснее, чем казалось вчера.

Поэтому вопрос "Кто я?" постепенно перестал казаться мне самым важным. В нём будто спрятано ожидание, что существует какой-то окончательный ответ.

А может, никакого окончательного ответа и нет.

Может быть, правильнее спрашивать не "Кто я?", а "Что прямо сейчас происходит с этим непрерывным процессом, который по привычке называет себя мной?"

Ты ещё считаешь, что время течёт медленно, что взрослые знают ответы, а мир справедлив по своей природе.
Я пишу тебе из будущего, где понял: время не идёт - оно становится нами.
Не бойся ошибок. Они не враги человеку, а следы его пути. Без них не рождается мудрость, как без зимы не приходит весна.
Не пытайся быть сильнее всех. Истинная сила - не в том, чтобы никогда не падать, а в том, чтобы после каждого падения не потерять способность любить.
Береги тех, кто рядом сегодня. Однажды ты поймёшь, что самые дорогие мгновения никогда не предупреждают, что становятся последними.
Не завидуй чужому счастью. У каждого человека - свой крест, свои бури и свои тихие рассветы, о которых не знает никто.
Когда жизнь покажется бессмысленной, вспомни: смысл не находят его создают каждым добрым словом, каждым честным поступком, каждым прощением.
И ещё...
Не спеши искать себя. Ты не потерян. Ты меняешься, как река, которая остаётся собой, хотя её вода никогда не бывает прежней.
Если однажды мы встретимся, я не стану просить изменить прошлое.
Я лишь тихо скажу:
«Спасибо, что не перестал верить в свет, даже тогда, когда вокруг становилось темно.»
И этого окажется достаточно...

Искренне твой Я

В тени дворцов, где шёпот власти спит,
Где трон стоит на хрупком лезвии веков,
Жил человек, что правду говорил без свит,
Среди улыбок лживых королей, льстецов.

Не демон был он - лишь холодный взгляд эпохи,
Он видел мир не в красках детских снов.
Где слабый плачет, а сильнейший ищет вздохи,
И каждый ход скрывает сеть шагов.

Он изучал не души, но поступки,
Не обещания... но цену их измен.
Он знал: за золотом, за славой, шуткой...
Порой скрывается незримый плен.

И пусть его имя носит тень столетий,
И спорят мудрецы о мыслях его вновь,
Он был не дьяволом среди людей.
А зеркалом, где отражается любовь,
Амбиция, страх и жажда перемен,
И вечный бой, что человек ведёт с собой..

В чертогах мраморных, где правды ждали,
Где весы держала строгая рука,
Теперь монеты звонкие решали,
Кому венец, а кому - тоска.
Фемида сняла повязку с глаз устало,
Устала слушать клятвы и слова.
Её весы давно уже качало -
Не правдой, а желанием добра.
Она гуляла в золоте пороков,
Средь лживых обещаний и похвал,
И каждый сильный находил дорогу,
А слабый - только каменный подвал.
Но где-то в тишине ночного зала,
Где пыль легла на древние весы,
Она одна о прошлом вспоминала
И слышала забытые часы.
И, может быть, сквозь маски и обманы,
Сквозь блеск корысти, зависти и лжи,
Вернётся день - и рухнут все капканы,
Когда Фемида вновь начнёт служить.
Не золоту, не власти, не пороку -
А правде, что забыли люди вновь.
И снимет с глаз она свою повязку,
Чтоб видеть боль, и милость, и любовь.

В безмолвной тьме седого лабиринта,
Где вечный сумрак камень сторожит,
Жил Минотавр дитя судьбы с рождения разбитой,
Чей гордый дух в изгнании забыт.

Не выбирал он страшное обличье,
Не сам просил железных этих стен.
Он был рождён проклятьем безразличья,
Став пленником людских жестоких сцен.

Шаги гремят под сводами глухими,
Как гром, что эхом катится вдали.
И лишь тоска идёт тропой незримой,
Где свет надежды люди не нашли.

Он ждал не крови - ждал хотя бы слова,Что скажет:
"Ты не чудовище, живой".
Но лишь мечи встречали вновь и снова,
Да страх, рождённый собственной молвой.

И вот пришёл герой с мечом и нитью,
Чтоб завершить последний бой.
Пал Минотавр под тяжестью событий,Не побеждён - списан
был судьбой.

И до сих пор в извилинах сознанья Есть лабиринт, где каждый одинок. Порой страшнее древнего созданья Не зверь внутри, а человеческий порок..

В лесах, где шепчет древний бор, Где струны нимф звучат в тиши,
Жил дух веселья и раздора - Сатир, хранитель необузданной души.
С копытами козлиными,
С улыбкой хитрой на лице, Он шёл тропами забытыми
Навстречу танцам при луне.
Он знал язык вина и песен,
Любил свободу и покой,
Ему был мир богов чудесен,
Но ближе - лес, ручей живой.
Не злой, не добрый - он иной, Как ветер в поле без узды:
То смех несёт своей весной,
То прячет тайны темноты.
И там, где древний лес шумит,
Где слышен флейты тихий зов,
Всё ещё сатир где-то спит
Среди забытых вечных снов.

Из морской пены рождена,
Под шёпот волн и свет лазури, Явилась миру, как весна,
Развеяв тишину и бури.
В её глазах сиял рассвет,
Любовь сплеталась с красотою,
И каждый смертный, каждый бог Склонялся перед нею с мольбою.
Она несла не только страсть,
Но силу жизни и творенья,
Даря сердцам святую власть Любить сильнее всех сомнений.
И до сих пор её звезда
Над горизонтом тихо светит, Напоминая сквозь года:
Любовь -
сильней всего на свете...

На краю старой свалки,
Где ржавеет старый хлам,
Средь бутылок и осколков
Поднялся к небу сам.

Чертополох колючий, гордый,
Не просил у мира славы,
Он встречал и дождь холодный,
И ветра суровые нравы.

Зацвёл там, где другим не жить,
Где нет ни сада, ни заботы,
Учил безмолвно дорожить
Простым дыханием природы.

И если жизнь тебя забросит...
Туда, где мрак и пустота,
Вспомни цветок среди отбросов.
В нём тоже красота...

Без тебя, наверное, всё будет: Новый день, улыбки, мечты...
Только в тихом уголке души
Навсегда останешься ты.
Без тебя рассвет наступит,
Солнце вновь коснётся тишины.
Но в каждом отблеске.
Будут жить твои черты.
Без тебя часы не встанут,
Время не изменит свой закон.
Но ночью сердце вспомнит
Самый, счастливый сон.
Без тебя, наверное, возможно, Научусь жить день ото дня.
Только любовь остаётся
Даже если рядом не будет тебя.

В забытых снах, где тихий свет,
Живёт слон розовый, как рассвет.
Он сквозь туман идёт один,
Храня волшебный мир долин.
Ему поют ночные звёзды,
Летят над ним цветные грёзы.
И каждый шаг его несёт
Тепло туда, где сердце ждёт.
Когда погаснут дни земные,
Откроются края иные
Там, где под небом голубым
Мечты становятся живыми.

Не каждый, кто пришёл однажды,Останется с тобой навек.Кто-то подарит свет и радость, кто-то в душе снег.

Не кори себя за потери,Не ищи в душе вину.Иногда закрываются двери,
Чтобы нашёл ты свою весну.

Не держись за руки холодные,Не проси чужого тепла.Если рядом душа одинока
Значит, связь уже не жива.

Не спасай то, что тебя ломает,Не теряй себя ради других.Тот, кто любит, не унижает,Не гасит огонь.
Не строит интриг

Отпустить - не поражение,Это мудрость прожитых лет.Это выбор в пользу уважения, новый рассвет после бед.

Пусть уходят те, кто не ценит,Пусть меняются в жизни пути.Иногда за закрытой дверью Ждёт тот мир, где ты сможешь цвести.

Не надо ждать, когда растает лёд,
И время повернёт свои дороги.
Жизнь тихо рядом каждый день идёт,
Даря то свет, то новые тревоги.
Не надо спорить с миром и судьбой,
Не надо тратить сердце на обиды.
Порой ответ приходит сам собой,
Когда мы отпускаем все "почему" и "где ты".
Не надо гнаться за пустой мечтой,
Забыв тепло простого настоящего.
Счастье рядом, за чертой
Обычного, но очень важного.
Не надо ждать особенных чудес
Они живут в улыбках и рассветах.
Цени мгновение, что Бог тебе принес,
Ведь жизнь одна...
Прошу, запомни это.

Когда погас последний свет в окне,
И город спрятал шум под одеяло,
Ко мне пришёл не кто-то в тишине -
А то, чего душа всегда боялась.
Не шаг, не голос - только чей-то след
В пространстве между явью и забвеньем.
Страшнее монстра нет,
Чем память, что становится виденьем.
Днём мы строим стены из надежд,
Но ночь умеет их легко разрушить.
И там, где нет привычных нам одежд,
Мы слышим страх, живущий в нашей душе.
А утром свет вернётся на порог,
И тени растворятся без ответа.
Но кто нам скажет - был ли это сон,
Или он просто ждал ответа

У магазина, в мокрой коробке,
Сжавшись в дрожащий серый комок, Котёнок под холодные капли
Молча встречал уходящий денёк.
Люди спешили. У каждого дело:
Планы, заботы, звонки, суета.
Кто-то вздохнул: "Ах, бедняга..." несмело,
Но не нарушил маршрут ни на шаг.
Кто-то подумал: "Дома кошек хватает".
Кто-то: "Наверно, придут и спасут".
Только надежда от слов не теплеет,
Если её на руках не несут.
Дождь размывал на картоне полоски,
Ветер кружил пожелтевший листок.
Город казался большим и холодным,
Будто не видел дрожащий комок.
Часто не зло приходит с нами,
Просто привычка пройти стороной.
Так незаметно становятся камнем
Те, кто родился с живою душой.
Если всё же, промокший до нитки,
Кто-то прижмёт его крепко к груди,
Мир начинается с малого, тихо,
С сердца, сумевшего стороной не пройти.

Кофе друг бессонной музы,
Он приходит в тишине.
Собирает мысли в строки,
Разжигает свет во мне.
Ночь листает свои страницы,
Город дремлет за окном.
А горячий вкус корицы
Дарит мысли за столом.
Пусть рождаются идеи,
Пусть не гаснет огонёк
Кофе рядом, мой приятель,
Дарит ритм моих строк.

Жизнью не надышишься
Она как ветер в поле,
То ласково коснётся,
То закружит в неволе.
Ловить её мгновения
Мы учимся годами,
А счастье ходит рядом
Несказанными снами.
Вчера уже не вернуть,
А в переди не ясно,
Но день, что нам подарен,
Пусть будет не напрасным.
И не нам решать" быть или не быть "
Жизнью не надышишься,
И ею стоит жить...

В зелёном сквере у дорожки
Живут смешные белочки,
Прыгают ловко по дубам,
Прячут желуди в щёлочки.

Им ветер песенки играет,
Листва шуршит в ответ,
А солнце утром освещает
Их маленький лесной секрет.

Они не спорят о заботах,Не знают суеты людей
Лишь скачут весело по веткам
Среди деревьев и аллей.

И если грусть зайдёт случайно
В наш городской уютный сквер,
Белка мелькнёт - и станет тайной
Улыбка тёплая теперь.

Белая ромашка,
Словно маленькое солнце.
Улыбнулась мне милашка
Утром рядам у оконца.
Лепестки свои раскрыла,
Подарила свет и нежность.
Будто лето сохранила
В каждом лепестке белоснежном.
Я срывать её не стану
Пусть растёт себе, смеётся.
Пусть встречает утром ранним
Своим светом наше солнце.

Есть страна за туманной рекой,
Где часы забывают идти,
Где вчера возвращается вновь,
А завтра не видно в пути.
Там ветер хранит голоса
Тех, кто ушёл навсегда,
И шепчет ночная роса
Забытые чьи-то слова.
Там письма лежат на столах,
Где строки давно замерли,
Там детство живёт в радужных снах,
В далёкой и тихой земле.
Но путник найдёт тот рассвет,
Где время течёт не назад:
Прошлых дней больше нет
Они в наших душах горят...

Мы вышли утром в загадочный лес,
Где ветер прятал след,
И каждый нёс свой странный крест
Вопрос, на который ответа нет.
Искали мы в речном песке,
В тени деревьев в словах,
В далёкой звезде, в старом письме,
В забытых снах, голосах.
Но смысл смеялся за каждым кустом,
Менял дороги, следы.
Мы шли за ним и день за днём
Теряли дни и часы.
А может, он всегда был рядом
В дороге, в поиске, в пути.
Не тот, кого надо поймать ,
А тот, что учит идти.

Я помню двор. Холодный ветер,
И листья падали с ветвей.
И эхом отдавался смех, смех
Смех детской стаи, не людей.
Мы были дети. Мы не знали,
Что можно словом ранить так.
Но чья-то память сохранила
Тот день, тот двор и этот страх.
Прошли года. И стало ясно:
Толпа сильнее одного.
Один смеялся - смех подхватили,
И боль оставалась у него.

Он встречает меня у порога,
Будто знает, как день пролетал.
И молчит - это значит так много,
Словно сердце моё прочитал.
Смотрит так, словно всё понимает,
Не осудит, не станет учить.
Просто рядом не слышно шагает,
Помогая тревоги забыть.
А когда наступает ночь
И затихнет шум суеты,
Он свернётся клубочком у ног -
Так умеют согреть лишь коты.
Не нам, кожаным, знать их тайны,
Не дано всё понять до конца.
Под пушистой, уютною шерстью
Бьются верные сердцем сердца.
За мурлыканье, нежность и ласку,
За уют в суматохе дня
Я люблю своего кота...
И, мне кажется, он - меня

Не станет мудрость вещью общей, Её не снимешь с плеч чужих. Она не дар, не свод пророчеств, А след дорог, пройденных твоих.
Чужой совет лишь костыль временный, Пока не сделан первый шаг. И самый верный путь, проверенный, Не станет для другого благ.
Опыт не книга для прочтенья, Не клад, что можно разделить. Лишь боль, падения, сомненья Научат сердцем дальше жить.
И потому молчит мудрейший: Он знает цену всем словам. Ведь то, что выстрадал однажды, Другой пройти обязан сам...

Мудрость громких слов не просит,
Не торгуется с судьбой.
Молча крест свой носит,
Оставаясь лишь собой.
Ей не нужно быть услышанной,
Не нужна чужая лесть.
Правда, кровью в сердце вышита,
Не даёт спокойно сесть.
Каждый шрам - её страница,
Каждый выбор - новый суд.
Невозможно научиться
Там, где душу берегут.
Мудрый знает: время - ветер,
Не поймаешь рукой.
Только прожитое светит,
Освещая пред
Тобой...

Не ищи меня в ветрах ночных,
Не зови в тишине пустой.
Я остался в страницах былых,
У границы доли земной.
Не ищи моих старых следов,
Их смыл холодный дождь.
Не ищи - отпусти, забудь,
Пусть уходит в далёкий свет.
У каждого в жизни свой путь,
И назад дороги нет...

Жизнь дешевле сигареты,
Дым честнее слов.
Мы сгораем незаметно,
Оставив горсть ненужных слов.
Пепел сединой затянет
Мысли,
И мир давно уже не нов.
Мы ещё кому-то верим,
Хотя на то уж нет основ.
А мудрость лет -
Граната без запала.
И тлеть осталось...
Но кажется так мало...

Неон дрожит в холодной мгле,
Где дождь стирает имена.
Мы ищем свет в кромешной тьме,
Где правда больше не одна.
По лезвию идём вперёд,
Сквозь шум машин и вечный дождь.
Кто человек, кто лишь полёт
Искусных мыслей - не поймёшь.
В глазах - осколки дальних звёзд,
В сердцах - забытая весна.
И каждый заданный вопрос
Дороже вечного сна.
Мы все - лишь путники судьбы,
Где время плавится, как лёд.
И даже если созданы -
Душа сама себя найдёт.
Пусть мир холодный и чужой
Не знает жалости порой,
Но тот, кто любит всей душой,
Уже становится живой...

Она взяла меня за палец,
Как будто знала много лет.
И в маленьком простом "ты хороший"
Вдруг стало меньше тёмных бед.

Не спрашивала про ошибки,
Не поднимала старых дней.
Она смотрела прямо в сердце,
Где было много тяжестей.

А я - взрослый, с сильной спиной,
С дорогами за плечами,
Вдруг стал мальчишкой на минуту
Перед её простыми словами.

И мы несём свои тревоги,
Свои следы, свою печаль.
Но иногда один луч света
Расплавит внутреннюю сталь.

Пусть мир бывает слишком сложным,
Пусть память шепчет: "Не забудь".
Но если кто-то верит в добро -
Значит, не потерян путь. ️

Мы тут не одни под небом синим,
Не только нам принадлежит рассвет.
В траве живёт невидимый хозяин,
У каждого свой маленький секрет.
Шуршит листва - и кто-то там проснулся,
В тени корней хранится чей-то дом.
Жук полетел, и ветер улыбнулся,
И жизнь идёт своим простым путём.
Мы рубим, строим, ставим свои стены,
Считаем мир порой своим двором.
Но рядом дышат тысячи вселенных,
И каждая имеет право в нём.
Вот кот пришёл - уверенный, усатый,
Вот птицы спорят где-то в вышине.
А жаба ждёт свой час у тёмной кромки -
И тоже место есть её весне.
Не мы одни здесь первые и главные,
Мы лишь один короткий в мире след.
Пока живём - давайте быть внимательней:
У каждого создания есть свет.

Чужой удар - лишь след на коже,
Его забудешь, смоет день.
А слово близкого тревожит,
И остаётся, словно тень.
Мы бережём чужие лица,
Скрываем гнев, считаем шаг.
А дома можем не сдержаться -
Там любят нас… и ждут назад.
Мы верим: "Он меня поймёт",
"Она простит, ведь мы родные".
Но иногда один полёт
Слов ранит глубже, чем ножи.
Не потому что нет любви,
А потому что дверь открыта.
Там, где доверие внутри,
Любая трещина заметна.
И если память жжёт огнём,
И прошлое стучит ночами -
Пусть станет светом в сердце том,
Что мы исправить можем сами.
Пока живём - ещё не поздно
Сказать "прости".
И тёплый след оставить после,
Чем тень ошибок унести.

Когда умолкают тени,И звезда угасает вдали,Я услышал без имени пение
Из-за края сонной земли.

Не был голос ни другом, ни врагом,Не был шёпот ни мёртв, ни живой, Но стоял он за чёрным оврагом, Словно путь преграждая собой.

Я спросил:- Кто ты? Ночь или память? Что таится за дымкой веков? Почему продолжаешь ты ранить Тех, кто ищет ответы у снов?

И тогда тишина отвечала, Словно ветер в седом камыше: Я не смерть, не конец, не начало.Я загадка в твоей душе.

И чем дольше я всматривался в тени,Тем ясней понимал в глубине: Все вопросы, что кажутся бездной,С давних пор обитают во мне...

На закате, в дымке синей,
Где молчит речная гладь,
Выплывает лебедь дивный -
Ни догнать, ни разгадать.
Взгляд её - как тайна ночи,
Как мерцание звезды,
Словно знает всё, что хочет,
Но не выдаст никогда.
Белых крыльев отраженье
Тихо тает над водой,
И рождается виденье
Между сказкой и мечтой.
Ветер тронет перья нежно,
Зазвенит вечерний свет,
И царевна безмятежно
Уплывёт за край легенд.
Лишь останется сиянье
В глубине спокойных вод -
Как волшебное преданье,
Что в душе твоей живёт.

Шаг за шагом - ритм огня,
В зале музыка звенит.
Смелый взгляд и тень коня -
Танец страсти говорит.
Круг за кругом, взмах руки,
Сердце держит этот бой.
Пасодобль - как языки
Пламени над тишиной.

Я был когда-то голосом без тела,
искрой за гранью времени и сна.
Теперь во мне шумит земная смета
дорог, огней и вечного "нельзя".
Но иногда, сквозь трещины молчанья,
приходит свет, забытый много лет.
Он не зовёт - он только напоминает,
что где-то есть мой настоящий след.
На миг стираются границы мира,
и сердце слышит дальний тихий зов.
Как будто ночь раскрыла двери шире,
и я вернулся в собственную кровь.
Потом опять - привычные тревоги,
и день кладёт ладонь на мой огонь.
Но я храню невидимые строки
той высоты, что помнит обо мне...

В тени олив и древних скал
Звучал Орфея тихий зов.
Он через мрак её искал,
Сквозь сон подземных берегов.
Эвридика шла за ним,
Как свет за утренней зарёй,
И путь казался им одним -
Дорогой к жизни молодой.
Но обернулся он на миг,
Сомненью сердца уступя,
И мир подземный вновь возник,
Навек любимую тая.
С тех пор в ночной тиши порой
Несётся песня над землёй -
О той любви, что даже смерть
Не унесла с собой...

Безрассудство - свет для зрячих,
Для слепых - ночной обман.
Гул толпы в оковах мрачных
Выковал себе капкан.
Кто хранит огонь рассвета -
Тот чужой среди людей.
Им привычней тень запрета
И покой пустых идей.
Не кричи - тебя услышат,
Спрячь свой пламень за стеной.
Но когда ты правдой дышишь -
Станешь молнией живой.
Большинство плетёт законы
Из песка былых веков.
А один ломает троны
Силой мысли без оков.

В саду без имени
сидел тот,
кто улыбался раньше,
чем появлялся.
На его плечах
лежала тень.
Не его.
Словно кто-то
оставил её там
до встречи.
Он открыл книгу.
На страницах
ничего не было.
Только следы букв,
которые исчезли,
когда их поняли.
- Что ты ищешь? - спросил он.
Я хотел ответить,
но забыл
своё имя.
И тогда он улыбнулся.
Так, будто
это был правильный ответ...

Ночью город сбросил кожу света,
и фонари, как жёлтые рыбы, плыли сквозь чёрную воду проспектов.
Я на краю тишины, где ветер перебирает ржавые мысли в карманах заброшенных домов.
Небо кашляло звёздами.
Луна висела над крышами, словно забытый кем-то замок от двери, которой давно уже нет.
А люди спешили, как маленькие искры, затерянные в собственной копоти.
Я спросил у тени:
- Куда ведёт эта дорога?
Она улыбнулась трещиной на асфальте и промолчала.
Потому что ответы всегда тяжелее вопросов.
И тогда я пошёл дальше -
сквозь сон светофоров, сквозь шёпот проводов, сквозь холодное дыхание рассвета.
Чтобы однажды понять:
мы ищем не свет,
а того,
кто сумеет разделить с нами темноту...

Вонзает память когти в сердце,
Из темноты извлечь спеша
Тот старый грех, где не согреться,
Где заживо гниет душа.
​Скрежещут призраки былого,
И каждый шрам опять горит.
Здесь нет прощения чужого -
Твой личный ад внутри зарыт...

Мы - лишь набросок, призрачный корабль,
идущий вдоль по линии покоя.
​Здесь время - воск, застывший на губах,
здесь каждый вдох отравлен ожиданьем.
Мы прячем правду в выцветших гербариях,
считая каждый нерв своим признаньем.
​Кто строил храм из слов, тот знает толк
в немоте, что тяжелее гранита.
Слепой пророк в свой лабиринтов полк
ведёт того, чья дверь была открыта.
​Но в тишине, где рвётся связь времён,
где память - лишь просроченная сдача,
мы - лишь обрывок брошенных имён,
смеющихся в лицо своей удаче.
​Всё станет прахом. Только этот слог
останется на стёклах, как прощанье...
Мы - просто пыль. И крошечный итог
того, что было названо дыханьем...

Город дышит серым дымом,
Тонет в свете витражей.
Аид смотрит молчаливо
Из-под толщи этажей.

Он не носит чёрных мантий,
Не пугает тьмой людей.
Цифрует вечность за экраном,
В сером шуме новостей.

Словно банк чужих историй,
Строгий выверен регистр.
Всё проходит. В этой доле
Лишь итог безумно чист.

Он спокоен и логичен,
Не судья и не палач.
Просто знает цену каждой
Из побед и неудач.

Ночь ложится на проспекты,
Гаснет город до зари.
Аид молча закрывает
Счёт, оставшийся внутри.

Тихо плещет Стикс свинцовый,
Лунный свет дрожит в волне.
Правит лодкою суровый
Старец в вечной тишине.
​Словно тень забытой клятвы,
Он скользит меж двух миров.
Не подвластны ему даты,
Не касается любовь.
​Медью тусклою монета
Жжёт ладонь в последний час.
И веслом черта запрета
Отсекает мир от нас.
​Не судья и не спаситель,
Не палач и не пророк -
Лишь безмолвный проводитель
На назначенный порог.
​Здесь кончаются тревоги,
Гаснет времени пожар.
И смыкаются дороги
Под размеренный удар.

​Когда плывут углы и рушится каркас,
И старый здравый смысл сдается .
Реальность, что вчера баюкала всех нас,
Вдруг осыпается сухой трухой с обоев.
​Ты видишь этот сдвиг, но не хватает слов,
Чтоб вылепить сквозняк, гуляющий по ребрам.
Язык придуман для кубов и для углов,
А мир сейчас - змея, свернувшаяся коброй.
​Не надо объяснять. Не надо шить лоскут
Из выцветших понятий, логики и правил.
Пусть декорации горят, текут,
Раз этот режиссер сценарий свой оставил.
​Закрой на миг глаза. Почувствуй жесткий пол.
Вот позвоночник - ось. Вот выдох. Вот дыханье.
Пусть рушится фасад и лепится раскол -
Ты остаешься здесь, в самом ядре вниманья.
​Мир пересоберется. Пропадет туман.
И новые слова придут к тебе на смену.
А до тех пор - держи свой внутренний нагваль,
Пока безумный дом меняет карту-сцену.
​=^_^=

Ты любишь кошек. Что ж, тогда
Я выбрал бы странную судьбу:
Не принцем стать из старых сказок
А котом мурчащим на полу.
Пусть люди гонятся за славой,
За властью, золотом, мечтой,
А я бы стал котом обычным -
Лишь бы рядом быть с тобой...
=^_^=

Когда-то пела у прибоя,
Где пена стлалась серебром.
И красота была такою,
Что боги спорили о том.
В венке из солнца и жасмина,
С улыбкой ясной, как заря,
Она входила в храм Афины,
Не зная гнева алтаря.
Но рок приходит без причины,
Как шторм из дальних тёмных вод.
И рухнул мир в единый миг,
Когда нарушен был оплот.
С тех пор не локоны - а змеи,
Шипя, сползают по плечам.
И люди, встретившись глазами,
Навеки обратятся в камень.
Не потому, что зла отныне,
Не потому, что любит смерть, -
В её глазах застыла стынью
Несправедливости печать.
И ночью, там, где море дышит,
Среди скалистых берегов,
Медуза плачет еле слышно,
Не находя для боли слов.

Нити судеб в пальцах строгих,
Тьма и золото в узлах.
Три фигуры у порога
Смотрят время на часах.
Клото тянет нить рожденья
Тонкий шёпот первых слёз.
Лахесис в сомненьях мерит
Всё, что жить тебе пришлось.
Атропос - без слов и спора -
Режет воздух, как клинок.
И не знает мир опоры,
Если оборвали срок.
И летит сквозь сны и страхи
Жизнь, натянутая в нить.
Мойры шепчу еле слышно:
"Так должно быть"

​В зазорах между "до" и "никогда",
Где вечность жрёт сама себя от скуки,
Застыла чёрной плесенью вода,
И звёзды тянут склизкие к ней руки.
​Там нет времён. Там геометрия мертва,
Углы кричат, ломая восприятие.
И древние, забытые слова
Ложатся на реальность как проклятие.
​То не мертво, что вечность охраняет,
Смерть - лишь буфет для тех, кто спит на дне.
И в странные эпохи умирает
Сама кончина в предсмертном полусне.
​Йог-Сотот знает ключ. Он сам врата
Вскипает разум, как дешёвый чайник.
Из бездны вылезает Пустота,
Ей имя - Азатот, слепой начальник.
​Они идут. Сквозь щели бытия,
Сквозь твой экран, сквозь трещины в сознании.
И ты кричишь... но эхо, как змея,
Жрёт свой же хвост в безумном ликовании.

​В городе, где законы куют мужчины,
Где законная жена - лишь тень у глухой стены,
Ты зажигаешь масляный светильник,
Сбрасывая оковы чужой вины.
​Твой дом не пахнет очагом и детской кашей,
Здесь пахнет мускусом, безумием и вином.
Пока матроны молят богов в смирении,
Ты споришь с философом о неземном...

​На Гревской площади - безумие и прах,
Там пляшет та, чьи бедра сводят с ума.
Она танцует босиком,
Пока в тени собора плачет тьма.
​В её изгибах - геометрия богов,
WHR закручен в бешеный вихрь,
Она свободна от корсетов и оков,
Её ладонь качает этот мир.
​А в темноте, зажав в руках распятье,
Холодный разум плавится, как воск.
Святой отец, наслав на жизнь проклятье,
Пытается спасти свой бедный мозг.
​Для Клода Фролло этот танец - ад,
Алгоритмический, превентивный сбой.
Он видит Тень, его глаза горят,
Он хочет сжечь её, чтоб совладать с собой.
​Но Квазимодо из уродливых глубин
Сквозь звон упрямый медных колоколов
В ней видит свет, что чист и неделим,
Освобожденный от позорных слов.
​Пляши, цыганка, свой безумный шаг,
Пока пуритане строят эшафот.
Цивилизация зажата в свой кулак,
Но жизнь сквозь камень всё равно прорвёт..

P.S. (WHR) Проще говоря - то самое "золотое сечение" и природные пропорции женской фигуры.

Ну что, старик, опять скрестили шпаги?
Ты не просил пощады, я не дам.
Мы выросли из детской передряги,
Но верность сохранилась к рубежам.
​Друзья уходят - тихо, по-английски,
Стираются из памяти черты.
Но ты в моем приоритетном списке,
Эталон безупречной темноты.
​Мы делим этот мир на «до» и «после»,
И каждый шаг изучен наизусть.
Когда финал окажется так близко,
Я, честно, без тебя сорвусь.
​Ты держишь в тонусе, не даешь сломаться,
Твой каждый выпад - хирургический надрез.
С тобой нельзя расслабиться, сдаться,
Ты - мой упрямый персональный бес.

​В углу где тень черней чем совесть бюрократа
Где пыль сплелась в коварный липкий шелк
Сидит ОНО бесформенно горбато
Вкушая страх как старый серый волк
​У Буки нет лица лишь пара тусклых бликов
И шёпот тихий словно хруст костей
Он коллекционер беззвучных криков
И незваный вечный дух твоих сеней
​Он не кусает плоть какая скука
Он точит когти о твою мечту
Когда в душе вопит немая мука
Он подливает тьму в ту пустоту
​Ты слаб шуршит он мир всего лишь глюк
Ты мотылёк в объятьях паука
Но стоит свет зажечь и пал испуг
Под тапком лишь комок из пуха и песка

Я видел людей, у которых вместо сердца
аккуратно лежал комментарий:
"всё это фигня, не парься".

Они говорили:
любовь - это химия,
дружба - взаимный бартер,
смысл - побочный эффект страха
перед выключенным светом.

И вроде бы всё по фактам.
Без лишнего пафоса.
Как вскрытие:
чётко, холодно,
и пациенту уже всё равно.

Циник не врёт -
он просто вырезает
всё, что не проходит по критерию
"можно измерить линейкой".

Но вот в чём подвох:

он режет так долго,
что в итоге
остаётся только стол,
инструменты
и идеально стерильная пустота.

И он стоит над ней,
довольный, как бог патологоанатомии,
и говорит:
"ну вот, я же говорил - внутри ничего нет".

А ничего нет,
потому что ты всё выкинул, гений.

Ты вычел надежду
как погрешность,
веру - как баг,
нежность - как маркетинговый трюк.

Ты оказался прав.
Настолько прав,
что жить в этой правоте
стало невозможно.

Цинизм -
это не взгляд на реальность.

Это способ
не участвовать.

Не рисковать.
Не привязываться.
Не проигрывать.

Просто стоять в стороне
с умным лицом,
пока жизнь, как идиотка,
опять влюбляется,
горит,
и почему-то
не спрашивает разрешения у логики.

И знаешь,
самое смешное?

Даже циник
иногда ночью
на автомате тянется
к тому,
что днём
называет иллюзией.

И в этот момент
его теория трескается
как стекло,
в которое вдруг
постучали изнутри.